<<  Ноябрь 2018  >>
 Пн  Вт  Ср  Чт  Пт  Сб  Вс 
     1  2  3  4
  5  6  7  8  91011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

Новости

OLD CAR LAND 28-30 квітня!
До головної автоподії України – два тижні! Наближається наймасштабніша автомобільна подія України – шостий...
Открытие ретро сезона в Харькове по версии АРС РЕТРОГРАДЪ
Авто Ретро Союз РЕТРОГРАДЪ, организатор Харьковского Ретро Слета – 2017, провел первый сбор владельцев и...
РетроФест-2017 приглашает!
«ЛЕТО В СТИЛЕ РЕТРО» 9-11 июня 2017, г. Каменец-Подольский На три дня – в прошлое! Феерическое, наполненное...
Записки Шатрова - Автопробег «Кишинёв – Киев – Минск – Санкт-Петербург» 2010 г. - 2 мая, 4-й день пути
Оглавление
Записки Шатрова - Автопробег «Кишинёв – Киев – Минск – Санкт-Петербург» 2010 г.
30 апреля, 2-й день пути
1 мая, 3-й день пути
2 мая, 4-й день пути
3 мая, 5-й день пути
4 мая, 6-й день пути
5 мая, 7-й день пути
6 мая, 8-й день пути
7 мая, 9-й день пути
8 мая, 10-й день пути
9 мая, 11-й день пути
Все страницы

2-ое мая (4-ый день пути)

В 8-00 в коридоре раздался крик: «Мама, я лётчика люблю!». Это вернулся финн, который всю ночь проспал на улице в кустах. До чего же крепкий парень! Если бы в слона влили столько водки, а потом уронили бы его со второго этажа – он бы умер ещё в полёте, а этот - живее всех живых. Мы все, естественно, проснулись. Я привстал и сказал «Доброе утро!» голосом Фёдора Шаляпина – все от смеха упали обратно на кровати. Только директор «Авторадио» угрюмо поинтересовался: «Ты это специально, чтобы репортажи не вести?». Я ответил: «Простыл!» ещё на два тона ниже. Ребята попадали с кроватей. Я вздохнул и пошёл умываться. День начался.

После завтрака нас посчитали, загрузили в автобус и повезли на «Линию Сталина». Первый репортаж провёл прямо из автобуса при общей гробовой тишине, только один украинец, который весил, примерно, 150 килограммов и сам говорил мощным запорожским басом, восхищенно цокал языком: «Ось чудова мова, ось гарно, як Левитан!».

Приехали на «Линию». Кстати, обещал рассказать о ней подробнее, а слово надо держать. Сама «Линия Сталина» - это сотни оборонительных сооружений: ДОТов, ДЗОТотов, блиндажей и окопов, которые протянулась от Черного до Балтийского моря вдоль бывшей западной границы СССР. В 40-ом году граница отодвинулась на запад и «Линия» потеряла своё оборонное значение, но демонтирована не была. Отдельные её участки, превращенные в музеи, хорошо сохранились и до сих пор. На один из таких участков нас и привезли.

После осмотра ДОТов и музеев боевой техники, половина участников слёта отправилась кататься на танках времен ВОВ, а вторая половина – в тир, стрелять из винтовок Мосина, автоматов ППШ, немецких автоматов MP-40, пулемётов «Максим» и прочих ископаемых. Попробовал провести репортаж прямо из тира, но в эфире, кроме длинных пулемётных очередей и беспорядочных винтовочных выстрелов ничего слышно не было. Вышел из тира на полигон, угнездился на зенитном орудии и с помощью мобильного телефона стал рассказывать радиослушателям о том, что довелось увидеть. На самом интересном месте раздался рёв двигателей и классической рыцарской «свиньёй» на мою позицию выползли три танка, густо увешанные десантом в виде выпивших литовцев, латышей, эстонцев и финнов. Прервал репортаж и кубарем скатился в ближайший окоп.

Группы поменялись местами: мы отправились кататься на танках, прибалтийцы – в тир. Затем приехала полевая кухня и новый грузовик с продукцией спонсора. Сразу после обеда, вплотную занялся интервью с представителями различных ретро-клубов. Сложнее всего было с эстонцем по имени Миттэ, поскольку скорость, с которой он произносил слова, указывала на то, что он или вот-вот заснет или уже спит и говорит во сне. Неоднократно ловил себя на мысли, что хочется ударить его по спине, чтобы слова вылетали быстрее. Например, на мой вопрос: «Почему вся эстонская делегация приехала на «Кадиллаках»?» Он после 30-тисекундной паузы, ответил: «Мы любим «Кадиллаки»...» и замолчал надолго. Дабы не допустить «дырки» в эфире, я встрял в его ответ и заметил: «Понятно, что любите, раз на них приехали, но почему именно «Кадиллаки»?». Миттэ поднял вверх палец и начал сначала: «Мы любим «Кадиллаки»... потому, что это машина...», после чего вновь замолчал. Я снова взял инициативу в свои руки: «Однако, «Запорожец» тоже машина, но вы-то приехали на «Кадиллаках», я хочу знать почему?». Миттэ немного помолчал и стартовал с первой цифры: «Мы любим «Кадиллаки»... потому, что это машина... с характером...». Пока добрели до конца интервью, я чувствовал себя, как промотавшийся игрок после целой ночи в казино, зато Миттэ был собой явно доволен.

Кстати, всё это время СМС-голосование продолжалось. Все туристические группы, приехавшие на «Линию Сталина», подолгу бродили вокруг наших автомобилей и исправно отправляли сообщения. Неожиданно к нам подошёл белорусский милиционер и сказал: «Молдаване, заберите своего товарища, он спит под противотанковыми ежами у дальнего блиндажа». На наш резонный вопрос: «По каким приметам доблестный страж порядка опознал молдаванина в этом алкоголике?» - милиционер ответил, что спящего он пытался разбудить сам, но тот только ругается по-молдавски и бубнит что-то про лётчика. Я высказал блестящую догадку, что это финн и отвёл милиционера к финской делегации. Мой дедуктивный метод сработал – финны уже около часа искали своего штурмана.

Наконец, все экипажи были приглашены на летнюю эстраду для подведения итогов слёта. Номинаций было около десяти, а машин – семь десятков и все понимали, что очень многие уедут домой без дипломов. Понимали это и мы, но, почему-то, очень хотелось верить в лучшее.

Как мы и предполагали, приз зрительских симпатий достался «Инвалидке – Моргуновке». Несколько следующих номинаций, которые касались реставрации, тоже прошли предсказуемо. Затем наша делегация получила приз «За самый дальний автопробег к месту сбора», который до сих пор, каждый год доставался финнам. Кстати, многие из коллег смотрели на нас с непониманием, когда узнали, что мы на таких автомобилях едем из Молдовы в Питер и обратно. Они-то свои машины привезли на эвакуаторах и после слёта – таким же образом увезли. Итак, номинации – кончились. Организаторам оставалось только вручить Гран-при Фестиваля, на который мы, в общем-то, не рассчитывали. И когда с высокой трибуны были произнесены слова, что Гран-при достаётся «Паккарду», прибывшему из Молдовы, мы сначала даже не поверили своим ушам, а через несколько секунд – просто взорвались криками «Ура» и аплодисментами. На этих эмоциях я окончательно «убил» голос и отбил ладони, но это того стоило – мы все понимали, что это самый яркий момент пробега и буквально купались в лучах славы.

Ещё через час наступила самая грустная минута: участники Фестиваля прощались друг с другом. Все экипажи прямо с «Линии Сталина» отправлялись по домам, не смотря на то, что день клонился к вечеру. В общем-то, оно и понятно – путь назад вдвое короче. И только мы находились в первой половине своего путешествия, а потому отправились назад в «Стайки» - отдохнуть перед дальнейшей дорогой.

Гостиница встретила тишиной и пустотой. Находиться в этих стенах я, почему-то, не мог и, достав из сумки телескопическую удочку, отправился к озеру. Тут надо заметить, что удочку я взял для добычи пропитания, на случай неожиданной поломки где-нибудь в болотах Белоруссии, но пригодилась она, как средство от депрессии, да и то, только в этот единственный раз. Прямо у озера накопал червей и устроился в позе роденовского мыслителя на берегу. Рыба упорно не клевала. Пошел в гостиницу за хлебом. Зря сходил – рыба не клевала и на хлеб. 15 минут убил на то, чтобы поймать на берегу муху (мухи в пространстве перемещаются значительно быстрее червей). Поймал (муху, а не рыбу). Зря погубил насекомое – рыба муху игнорировала.

Через полчаса на берегу появился Саша – механик пробега, и ехидно поинтересовался: какой казан готовить для ухи – средний или самый большой? Я высказал ему всё, что думаю о белорусской рыбе вообще, о рыбе, живущей в этом озере, в частности, а заодно выразил неподдельную радость по поводу его появления на берегу этого чудесного водоёма. Саша ушёл. Ещё через 15 минут появился Лёня – водитель «Паккарда», с бутербродами и грустно уселся рядом со мной. Потом пришёл Влад, во внутреннем кармане куртки которого что-то подозрительно выпирало, судя по силуэту – продукция спонсора. Затем вернулся Саша с пакетом, из которого аппетитно выглядывало кольцо колбасы и виднелись перья зелёного лука. Ещё через несколько минут подошли Андрей Евгеньевич и домовитый Сергей Фёдорович с покрывалом, пластиковой посудой и какой-то едой. Стали обсуждать фестиваль и строить дальнейший план пробега. Рыба, естественно, была забыта. Немного разогнали тоску и, впервые за несколько дней, посидели спокойно, никуда не торопясь.

В сумерках собрались и пошли в гостиницу. По дороге я заметил одинокого рыбака и по совместительству – охранника гостиницы и пошёл к нему поинтересоваться уловом. С удивлением увидел полведра карасей и спросил, на какую наживку он ловит. В ответ услышал: «На палочку от чупа-чупса». Я, конечно, воспринял это, как издевательство и сказал, что грех смеяться над убогими и приезжими. Рыбак поднял удочку и показал мне крючки, на которых сразу за жалом были одеты обломки пластиковых трубочек ядовито жёлтого цвета. Напрасно он это сделал, так как в ответ на свою честность, он услышал от меня полную яда речь. Долго я ораторствовал о том, что в этой республике из-за отсутствия западных товаров с ума сошли не только люди, но даже рыбы. Завершив выступление, я уныло поплёлся в гостиницу.

Пора было спать, но из-за абсолютной тишины сделать это было непросто. Все ворочались в кроватях не в силах заснуть. Мне захотелось как-то разрядить обстановку и, собрав жалкие остатки голоса и оптимизма, я заорал во всё горло: «Мама, я лётчика люблю!». Вышло как-то наиграно и тоскливо. Очень захотелось домой...



 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить